Медиафрения
25 июля 2017 г.
Медиафрения. Они нас просто троллят, значит, нужен игнор и бан
5 ЯНВАРЯ 2016, ИГОРЬ ЯКОВЕНКО

В минувшем году я опрометчиво обещал в каждой «Медиафрении» сообщать о чем-то положительном в российском медийном пространстве. Получалось не всегда, а иногда эти хорошие новости выглядели, прямо скажем, несколько вымученными и натужными. Но вот под конец года «Новая газета» напомнила о действительно замечательном событии, о подлинном украшении российской журналистики.

Публикация «И кстати о погоде» от 25.12.2015 Марины Токаревой посвящена новосибирской журналистке Марии Лондон, которую «Новая» назвала «человеком года». Если коротко охарактеризовать то, что делает в новосибирском эфире эта женщина, то это аналитика Пионтковского, приправленная сарказмом Шендеровича, и спрессованная в 3,5 минутный еженедельный эфир.

Отсылка к знаменитому «ну, а теперь о погоде», которое воспринималось на советском ТВ как удивительное проявление жизни, пробившейся сквозь казенный асфальт, фактически как диссидентство, это лишь малая часть фирменного стиля Марии Лондон. Пожалуй, можно согласиться с автором «Новой газеты» в том, что «если бы страна могла ее слышать, погода в ней изменилась бы».

Что же касается фигурантов основной части медиа и публичной политики, то создалось впечатление, что они все задались целью вывалить «под ёлочку» все гадости и глупости, на которые способны.

Причем, удивительны не сами гадости и глупости, а их откровенность и бесстыдство. Главный редактор «России-24» Евгений Бекасов в интервью «КоммерсантFM» рассказал о своем понимании сути журналистской профессии и в частности объяснил, почему Навальный не появляется в эфире вверенного ему телеканала. Вот его профессиональное кредо:

– Навальный пытается создать свою повестку, которая не соответствует повестке страны, или повестке, диктуемой сейчас исполнительной властью. В связи с этим он не попадает в наши «Новости».

– С какого рожна, извините, мы должны показывать просто критикующего Каспарова из Лондона, или Пономарева.

– Наш главный месседж – в донесении правды до широких масс – порем правду-матку… мы делаем это для достижения идеальной мировой справедливости.

– Россия вошла в боксерский клинч с евро-атлантической цивилизацией… Люди делятся на своих и чужих в зависимости от их отношения к внешней и внутренней политике. Определяем, кто свой, кто чужой, анализируя социальные сети…

Новизна и некоторый легкий налет сенсационности процитированных слов главреда «России-24», конечно, не в том, что кто-либо не знал об изложенных им принципах работы средств государственной пропаганды. Просто обычно так четко и ясно их излагают критики, те, кто осуждает засилье госпропаганды. А тут сам, со всей путинской прямотой. Сыворотку правды ему там, на «КоммерсантFM» вкололи, что ли?

Ну, и рекорд госглупости в последние часы уходящего 2015-го года поставил ВЦИОМ, который в момент, когда били куранты, спрашивал жителей Крыма, согласны ли они вернуться в состав Украины при условии поставок украинской электроэнергии и готовы ли они потерпеть некоторые перебои с электричеством непродолжительное время.

Поскольку все возможные шутки на эту тему уже пошучены, ограничусь не вполне риторическим вопросом: можно ли ждать каких-либо серьезных заявлений от тех представителей социологического сообщества, для которых вроде бы профессиональная репутация не совсем пустой звук? Хотелось бы услышать по этому поводу голоса не только журналистов Бабченко и Вишневского, они свое слово по данному вопросу сказали, но и позицию, например представителей Левады-центра, например, Льва Гудкова и Алексея Левинсона.

Публичная внутрицеховая критика в таких ситуациях крайне необходима, поскольку, если никто из сообщества не отделяет себя публично от тех, кто по факту уже своими действиями вывел себя за пределы сообщества (в данном случае ВЦИОМ и его директор Валерий Федоров, несомненно, за пределы социологии улетели бесконечно далеко и безвозвратно), то возникает проблема репутации всего цеха.

Да и с точки зрения практических последствий таких публичных протестов все не так безнадежно. Федоров все-таки не Ротенберг. Не далее как полтора года назад российская социология избавилась от запредельного позора в виде Александра Дугина, который некоторое время исполнял обязанности заведующего кафедрой социологии международных отношений социологического факультета МГУ. После того, как сей видный социолог публично призвал украинцев «убивать-убивать- убивать», последовал такой вал возмущения, что даже Садовничий был вынужден уволить Дугина из МГУ.

Дугин, естественно, не изменился, и уже в новом, 2016-м году отметился публикацией призыва уничтожить Саудовскую Аравию: «Русско-шиитский альянс не просто геополитика», - сообщил этот крупный российский мыслитель, – «это глубокое родство религиозного типа. Саудовская Аравия должна быть уничтожена. Это – евразийская фетва».

Дугин как был фашистом так им и остался. Но когда он, будучи фашистом, исполнял обязанности заведующего кафедрой МГУ, это создавало репутационные проблемы для всех ученых и преподавателей этого вуза. После увольнения фашистские речи Дугина уже перестали быть проблемами МГУ, оставшись проблемами государства и общества.

Федоров, это, конечно, не Дугин, убивать и уничтожать никого не призывает. Но с точки зрения дискредитации профессии Федоров сопоставим с Дугиным, а возможно и превосходит безумного евразийца. Публичное отделение себя от федоровского ВЦИОМа позволит профессиональным российским социологам сохранить репутацию. Хотя бы для будущего.

КАРАБАС И ЕГО КУКЛЫ

Среди удивительных событий, случившихся под Новый год в российских СМИ, особняком стоит новый жанр, введенный в теорию и практику журналистики главным редактором «Эха Москвы» Алексеем Венедиктовым. Вернее, это даже не новый жанр, а вообще новая идеология эфира, когда журналист, ведущий эфир в диалоге с гостем, должен быть готов к тому, что по прихоти главного редактора формат передачи может быть изменен в любую секунду. В разгар диалога, когда журналист слушает гостя и одновременно думает над следующим вопросом, а гость формулирует свои мысли, вот в этот момент в студию может ворваться кто угодно и по воле главного встрять в разговор.

Премьера этого нового жанра состоялась на «Эхе Москвы» 30.12.2015 во время «Особого мнения» польского журналиста Вацлава Радзивиновича, которого незадолго до этого лишили аккредитации и объявили о том, что он должен покинуть Россию. Польский журналист успел ответить на несколько вопросов ведущей Татьяны Фельгенгауэр, в том числе вполне вразумительно объяснил причины расширения НАТО на Восток тем, что гарантии не расширяться были даны стране, которая вела себя несколько иначе со своими соседями. Потом Вацлав Радзивинович назвал главный провал года, которым, по его мнению, стал конец идеи Новороссии.

На этом его «Особое мнение» закончилось, поскольку в студию ворвалась представитель МИД Мария Захарова. Вот как это было:

Фельгенгауэр: «Сейчас, это вот неожиданно… Да, здравствуйте!»

Захарова: «А я пришла!» (Эту фирменную цирковую реплику пожилого коверного Захарова произнесла с непередаваемой интонацией тещи, застукавшей зятя с любовницей).

Фельгенгауэр: «Вы позволите мне все-таки объяснить, что происходит в студии. Мария Захарова – официальный представитель российского МИДа каким-то образом…».

Захарова (перебивает ведущую): «Я ехала мимо. И мы включили радио и тут мы услышали г-на Радзивиновича в эфире «Эха Москвы». И так или иначе разговор шел про российскую внешнюю политику. И здесь совпало все: с одной стороны была просьба от вас или желание встретиться…».

Фельгенгауэр: «Я прошу прощения, когда была просьба встретиться, в этом эфире была просьба встретиться?»

Захарова: «Нет, не в этом эфире. Она была какое-то время назад, неделю назад. И мне показалось, что это просто надо. И я позвонила Алексею Алексеевичу Венедиктову. И он просто сказал: «Бегом, быстрее!» Вот и я тут».

Радзивинович: «Мария Владимировна, я очень рад, что мы встретились, но я не просил о встрече».

На секунду отвлекусь от этого увлекательного разговора, чтобы зафиксировать факт: Захарову никто не только не приглашал на эту передачу, польский журналист вообще не просил ее о встрече. То есть, официальный представитель МИД Мария Захарова, во-первых, соврала, а во-вторых, самым беспардонным образом вперлась (простите, все остальные подходящие слова намного грубее) в студию формально негосударственной радиостанции, не спросив разрешения ни у ведущей, ни у гостя и фактически разрушила эту передачу.



Это стало возможным, естественно, благодаря весьма своеобразным представлениям Алексея Венедиктова о журналистике и о том, что такое хорошо и плохо в этой профессии. Уже в Новом, 2016 году, отвечая на вопрос радиослушателя, как вообще стал возможен этот скандальный эпизод, Венедиктов ответил, что удивлен этим вопросом, поскольку считает, что «для радиостанции это чрезвычайная журналистская удача».

Чтобы был понятен масштаб журналистской удачи, приведу еще пару реплик из этого эфира:

Фельгенгауэр (пытаясь как-то вести эфир в предложенных ААВ обстоятельствах): «Вацлав не может обжаловать свое выдворение, я правильно понимаю?».

Захарова: «Ну, почему нет?». (Отметим, что этот ответ в чистом виде глумление, поскольку польскому журналисту уже объяснили официально, что обжаловать он ничего не может).

Радзивинович: «Мне сказали ваши люди две недели назад, когда отнимали у меня аккредитацию…».

Захарова: «Отнимали?»

Радзивинович: «Да».

Захарова: «Нет, у вас никто не отнимал аккредитацию. Вас просто пригласили, сказали о том, что есть какое-то решение, сказали, что она у вас аннулируется. У нас, наверное, трудности перевода. У нас в русском языке есть разница между словами «аннулировать», попросить вернуть – и «отняли».

Слова «отнять» и «аннулировать» означают одно и то же, как с точки зрения процесса, так с точки зрения результата. «Что в лоб, что по лбу». А то, чем занималась Мария Захарова, называется троллинг. Официальный представитель МИД Мария Захарова ворвалась в эфир формально негосударственной радиостанции с единственной целью: троллить польского журналиста и не позволить российской аудитории услышать его мнение. Именно так действуют «эксперты» по вызову на федеральных телеканалах и ольгинские тролли в социальных сетях. Марию Захарову можно понять, это ее работа, именно этим она занимается в МИДе. Собственно, вся российская внешняя политика это сплошной троллинг окружающего мира.

У Алексея Венедиктова формально другая работа, и казалось бы, должны быть другие интересы. Возможно, когда-то они и были другими. Но с какого-то момента отношения Венедиктова с аудиторией «Эха» свелись к хамской формуле, которую он в очередной раз предъявил в своем первом эфире в новом, 2016-м году в ответ на пожелания слушателей: «И будете слушать, и не денетесь никуда, потому что мы лучшие».

Тотальное отсутствие зависимости от аудитории превратило Венедиктова в пустого самодура. Путин выжег для него все конкурентное поле, и теперь он просто развлекается, пускает пузыри. Целый год мучил своих сотрудников, гостей и слушателей своей помощницей. Теперь вот придумал посреди эфира запустить в студию базарную бабу при должности. Завтра для оживления эфира парочку дохлых крыс в студию закинет. Или кипятком обольет. И ведь стерпят, куда денутся.

Карабас-Барабас делает со своими куклами все, что пожелает. А те смирно висят на гвоздиках с интеллигентными лицами. Посмотрите, с каким профессиональным достоинством закончила ту самую передачу ведущая: «Эфир для вас пыталась вести Татьяна Фельгенгауэр». А может, стоило напоследок сказать большое журналистское «спасибо» ААВ за то, что не дал услышать мнение польского журналиста и самым хамским образом разрушил передачу?

Мы научились давать отпор троллям в социальных сетях. В реале труднее, но общий принцип тот же: игнор и бан. В ряде случаев это бывает эффективно.















  • Николай Сванидзе: Есть темы и вопросы, которые нельзя вбрасывать в публичное пространство. Нельзя, например, проводить программу на телевидении на тему «Можно ли бить женщин?».

  • Апостроф: "Эхо Москвы"... разгневало украинских пользователей социальных сетей проведением соцопроса относительно необходимости нападения России на Украину...

  • Павел Гинтов: Предлагаю радиостанции "Эхо Москвы" новые увлекательные темы для опросов: "Стоит ли устроить украинцам второй голодомор?" "Стоит ли создать лагеря смерти для украинцев?"

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Медиафрения. «Психиатра в студию!»
25 ИЮЛЯ 2017 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Из России убегает «Сименс». Если выделить главную причину бегства германского концерна, то он бежит от путинской лжи. В прошлом году российский президент обещал Зигмару Габриэлю, который тогда служил министром экономики и энергетики ФРГ, что газовых турбин «Сименс» в Крыму не будет. Наврал, как обычно. Турбины немецкого концерна в Крыму обнаружились. Теперь «Сименс» бежит из России. Зато в России остается депутат Ирина Яровая, закон имени которой по минимальной оценке должен обойтись российской экономике в 33 млрд долларов. Но тут выяснилось, что это еще не все. Поскольку Яровой очень любопытно потискать ручками и поглядеть глазками на персональные данные не только граждан России, но и граждан ЕС, то в этой части ее желание вошло в противоречие с законодательством данного Союза. 
Медиафрения. История — продажная девка русофобии
18 ИЮЛЯ 2017 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Рамзан Кадыров в своем интервью каналуHBORealSportsвышел за пределы главной темы, а именно, боев без правил, и дал глубокий геополитический анализ современности. Про то, что в Чечне не бывает геев, а есть только шайтаны, было ожидаемо и рутинно. Намного более бодряще звучали заявления, что «Америка не такое сильное государство, чтобы Россия считала его своим врагом», и уверение, мол, если что, «мы весь мир раком поставим». Можно, конечно, списать это на пустое бахвальство одуревшего от безнаказанности местного диктатора. Но с учетом того, что данный персонаж занимает по сути второе место в табели о рангах нынешней российской империи, имеет лично преданную ему автономную армию и залит кровью по самую макушку, в мире эротические фантазии главы Чечни сочли разумным принять к сведению.
Медиафрения. Трампозависимость
11 ИЮЛЯ 2017 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Макс Вебер насчитывал три типа легитимности политической власти: традиция, харизма и демократические правовые процедуры. В путинской России после G20 в Гамбурге добавился четвертый: признание со стороны Дональда Трампа. «Господин назначил меня любимой женой!» — радостно кричала освобожденная женщина Востока Гюльчатай. «Трамп признал Путина ровней и говорил с ним 2 часа 16 минут!» — уже третьи сутки бьются в пароксизме счастья государственные СМИ суверенной России. «Путин с Трампом делили мир, как Сталин с Рузвельтом и Черчиллем в Ялте 1945-го», — захлебываются «политологи». Михаил Горбачев сообщил прессе, что встреча Путина с Трампом напомнила ему его встречу с Рейганом, и выразил надежду, что последствия будут похожими…
Медиафрения. Русское народное двоемыслие в условиях путинизма
4 ИЮЛЯ 2017 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
На минувшей неделе самое яркое и значимое медийное событие вновь было в жанре интервью. До этого российский официоз и «примкнувший к нему Кашин» восхищались большой «журналистской удачей» провокатора, который пытался взять интервью у Светланы Алексиевич и после того, как Нобелевский лауреат, прервав беседу, запретила его печатать, опубликовал интервью вопреки воле собеседницы в агентстве «Регнум», да еще и «отредактировал» ее ответы. В отличие от провокации в «Регнуме», которой так восхищались федеральные телеканалы, «Новая газета» силами своего спецкора Павла Каныгина сделала очень важную журналистскую работу, опубликовав интервью со Светланой Агеевой, матерью ефрейтора Агеева, попавшего в плен в Луганской области...
Медиафрения. «Нобелевка докатилась!», или «Киселев в шерсти»
27 ИЮНЯ 2017 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Чтобы оценить масштаб преступления, которое совершил путинский телевизор по отношению к мозгам россиян, надо посмотреть на рейтинг выдающихся личностей, который в очередной раз измерил и опубликовал Левада-центр. Вот первая пятерка тех, кто, по мнению россиян, является самым выдающимся человеком в мировой истории: 1.Сталин – 38%; 2-3. Путин и Пушкин – по 34%; 4. Ленин – 32%; 5. Петр Первый – 29%. Два существенных дополнения. Из первой двадцатки выдающихся людей только двое иностранцев: Эйнштейн и Ньютон, и те в самом конце списка на предпоследнем месте с 7% голосов. То есть в восприятии россиян исторический процесс происходил исключительно в России, за ее пределами было мало персонажей, заслуживающих внимания. Подобным искажением исторического сознания страдают не только россияне, те же американцы склонны отождествлять прогресс в науке и технике с США, но у них для этого все-таки побольше оснований.
Медиафрения. Запад во мгле
20 ИЮНЯ 2017 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Про хорошее. В результате протестной акции 12 июня оппозиции удалось пробить еще одну брешь в броне официоза. Снято табу на упоминание имен оппозиционеров в главных информационно-аналитических программах. До этого лидеры протеста появлялись только в специальных изделиях, изготовленных в мрачных, пропахших кровью подвалах НТВ, в которых эти лидеры изображались либо с гитлеровскими усиками, либо без одежды. И вот теперь в главном путинском официозе, в программе «Вести недели» от 18.06.2017, Дмитрий Киселев, хоть и скривив губы от отвращения, но все же произносит имя Навального, а также цитирует «скандально известного профессора Зубова» и вспоминает сидящего в тюрьме «революционера Удальцова». Навальному удалось навязать свою повестку путинскому официозу. И это хорошая новость.
Медиафрения. Кто в российской журналистике «вон из профессии»?
6 ИЮНЯ 2017 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Обещал в начале каждого обзора сообщать о хороших новостях, но в этот раз обещание придется нарушить. Просто потому, что сегодня главная новость в сфере медиа — то, что закрылся журналTheNewTimes. И это очень плохая новость. 10 лет продолжался эксперимент по выживанию качественного журнала в условиях, в принципе не пригодных для существования качественной прессы. Россия стала не местом для качественной прессы не только потому, что здесь цензура, хотя и поэтому тоже. И не только потому, что в России нет нормального рынка рекламы и рекламодатель боится давать рекламу в СМИ, которые критикуют власть. Хотя и поэтому тоже. И не только потому, что фактически исчезли все каналы распространения прессы. Хотя и поэтому тоже.
Медиафрения. Дивизии русской культуры на марше
30 МАЯ 2017 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Минувшая неделя стала для России и ее обитателей торжеством высокой духовности. Тому свидетельство — многотысячная очередь из россиян, выстроившихся с целью припасть губами к стеклу, за которым расположена кость Николая Угодника. А после того, как к кости героически приложился Путин (я написал «героически», поскольку Киселев в «Вестях недели» назвал сюжет с демонстрацией этого подвига президента «силой духа»), в России случились одновременно соборность и симфония власти и РПЦ, к которой был бы рад присоединиться и народ, но его участие в симфонии церкви и государства данный принцип православия не предусматривает. Хотя народ очень даже «за».
Медиафрения. Мощами по дьяволу
23 МАЯ 2017 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
В Государственной думе 22.05.2017 начались парламентские слушания «О молодежной политике РФ». Среди выступавших многим было за 70, хотя были и те, кому чуть перевалило за 60. Зюганов подошел к молодежи как к отрасли народного хозяйства и поставил задачу: добиться, чтобы каждая семья давала поголовья не менее трех детей. Ж. узнал, что молодежь мучается от того, что хочет встречаться с депутатами, а руководство вузов препятствует. Сергей Миронов разоблачил «зарубежные фабрики мысли», которые сидят в социальных сетях и искушают. Петр Толстой выяснил, что молодежь «хочет идеи для великой России» и призвал избавить молодежь от культа денег. Очень ярко выступила губернатор Светлана Орлова, которая велела относиться к молодежи как к партнерам. «Вот пятиклассник идет — он партнер. И вы с ним идите», — потребовала от присутствующих губернатор Орлова.
Медиафрения. «35 тысяч одних курьеров…»
16 МАЯ 2017 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Так, надо же сначала про хорошее написать… Вот, нашел! На встрече Владимира Путина с Милошем Земаном, которая произошла в Китае во время форума «Один пояс — один путь», президенты двух стран обменялись мнениями по вопросу информационной политики. Президент Чешской Республики рассказал о своем взгляде на проблемы прессы в современном мире: «Здесь слишком много журналистов, надо бы их ликвидировать». Президент России не вполне согласился с доктриной окончательного решения журналистского вопроса и мягко возразил своему европейскому коллеге, мол, ликвидировать всех не обязательно. «Сократить — можно», — предложил компромиссный вариант Владимир Путин.